Горькие плоды Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 г.

Новости
В начале сентября в ОП РФ планируется проведение круглого стола для обсуждения итогов реализации действующей Национальной стратегии в "интересах детей" на 2012-2017 гг. Круглый стол инициируют наши соратники по антиювенальному фронту. Напоминаем, что указанная Стратегия заложила базу для широкомасштабного развертывания ювенальных технологий в России. Ниже приведен наш экспертный анализ нормативного акта. Будем надеяться, что круглый стол позволит выявить те проблемы, которые порождены Стратегией и избежать их при разработке Десятилетия детства. 

Эксперт Общественного уполномоченного по защите семьи, кандидат юридических наук А.В. Швабауэр.
 
В 2017 истекает срок действия Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 г., утв. Указом Президента РФ от 1 июня 2012 г. № 761 (далее – Стратегия).
 
Вопреки названию принятие и внедрение Стратегии явно не соответствовало интересам детей.
 
Стратегия содержит недостатки фундаментального характера. Мы не ставим под сомнение отдельные благие положения о необходимости материальной поддержки детства, строительства школ, детских садов и горячего питания в образовательных учреждениях. Но эти положения для Стратегии - исключение.
 
Основной задачей документа было внедрение ювенальных (антисемейных) технологий. С прискорбием признаем, что поставленная задача выполнена весьма успешно.
 
Ниже приведены ключевые положения документа, разъяснена их завуалированная истинная сущность, а также показано, какие они принесли плоды.
 
1. Раздел II Стратегии «Семейная политика детствосбережения» базируется на ложной установке о том, что «недопустимо широко распространены жестокое обращение с детьми, включая физическое, эмоциональное, сексуальное насилие в отношении детей, пренебрежение их основными потребностями» (пункт 1).
 
Указанные утверждения голословны. Хотя бы потому, что понятий «эмоционального вреда (насилия)», «пренебрежения потребностями (нуждами)» ребенка в российских нормативных актах до принятия Стратегии не было. Соответственно, говорить о наличии статистических данных и тем более о «недопустимо широком распространении» проблем по упомянутым критериям не приходится.
 
Другое дело, что сторонники Стратегии считают насилием родительский запрет либо наказание. Так, «Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации»[1] (далее – «Фонд поддержки детей…»), который занимается внедрением Стратегии, сообщает на своем сайте:  «75% детей подвергаются психологическому насилию». При дальнейшем изучении статьи видим: «На детей в российских семьях «повышают голос» и «не разрешают делать то, что они любят»[2] и др. Авторов подобных изысков не смущает, что повышение голоса или родительский запрет могут быть мерами воспитательного характера, вызванными хамским поведением ребенка.
 
Такие неопределенные термины Стратегии как «эмоциональное насилие» и «пренебрежение потребностями ребенка» выросли из методических материалов прозападных некоммерческих организаций (далее – НКО), которые занимаются продвижением в России ювенальных технологий под видом профилактики семейного неблагополучия (насилия в отношении детей). Речь, например, о Национальном фонде защиты детей от жестокого обращения[3] (далее – «Фонд защиты детей…»).
 
Так, административный регламент Фонда «Принятие мер по защите прав и законных интересов ребенка при получении сведений об их нарушении, об угрозе жизни или здоровью» весьма часто упоминает понятия «эмоциональный вред» ребенку,[4] «базовые потребности» ребенка, которые становятся критериями для определения «риска жестокого обращения с ребенком»[5] и для вмешательства в семью в обычных житейских ситуациях (см. ниже).
 
Обязанность правоприменителей уметь выявлять признаки «пренебрежения нуждами» ребенка появилась после принятия Стратегии в ряде актов министерств (без разъяснения сути понятия, что по факту влечет использование критериев из методических материалов ювенальных НКО):
- Приказ Министерства образования и науки РФ от 24 февраля 2015 г. № 121 «Об утверждении примерной дополнительной профессиональной программы повышения квалификации для работников органов опеки и попечительства»,
- Приказ Министерства труда и социальной защиты РФ от 18 ноября 2013 г. № 680н «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист органа опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних»,
- Приказ Министерства труда и социальной защиты РФ от 18 ноября 2013 г. № 683н «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист по работе с семьей».
 
2. Согласно пункту 5 раздела II Стратегии в России планируется «формирование действенных механизмов раннего выявления жестокого обращения и насилия в отношении ребенка, социального неблагополучия семей с детьми и оказания им помощи с участием учреждений образования, здравоохранения, социального обслуживания, в том числе закрепление порядка межведомственного взаимодействия в деятельности по защите прав детей».
 
Исполнение данного положения произошло на основании материалов упомянутого «Фонда защиты детей…». Каким образом? На основании писем органов власти, без обсуждения в СМИ и в обход федеральных законов.
 
Характерным примером является Письмо Министерства труда и социальной защиты РФ от 21 февраля 2014 г. N 12-1/10/В-876 в регионы, в котором сказано: «В рамках реализации Стратегии действий в интересах детей Национальным фондом защиты детей от жестокого обращения разработаны методические материалы… Указанные материалы  размещены на сайте: http://www.sirotstvo.ru/standards/. Просим до 1 июня 2014 года информацию о планируемом использовании методических материалов направить в Национальный фонд….».
 
При этом, из методических материалов Национального фонда защиты детей от жестокого обращения видно, что социальных работников учат вмешиваться в семьи в ситуациях, когда родители не угрожают ребенку.
 
Например, по упомянутому регламенту фонда[6] (суть которого повторяется в методичках иных ювенальных НКО, влияющих на правоприменение) для вмешательства в семью достаточно установить факт (1) «способности причинить ребенку серьезный вред» (однако теоретически любой человек может причинить вред другому – А.Ш.) или (2) «наличие непосредственности угрозы безопасности ребенка», к которой отнесены следующие примеры:
- «Поведение кого-то из членов семьи, проживающих совместно с ребенком в доме, или другого человека, имеющего доступ к ребенку, носит агрессивный характер и вышло из-под контроля»;
- «Любой член семьи (другой человек), постоянно или регулярно присутствующий в доме, способный нанести вред ребенку, имеет свободный доступ к нему и обнаруживает следующие особенности поведения: негативно настроен к ребенку; не скрывает свое отношение к нему; активно его демонстрирует и/или предъявляет к ребенку требования, существенно превышающие его возможности; нереалистично оценивает способности ребенка»;
- «Поведение членов семьи позволят сделать обоснованное предположение о том, что семья может сменить место жительства, «исчезнуть» из поля зрения специалистов и проконтролировать безопасность ребенка будет затруднительно».
 
К семье «группы риска» относятся, например, такие:
- «родители в стрессовых ситуациях могут неэффективно выполнять некоторые родительские обязанности: с задержкой удовлетворять отдельные, важные для здоровья и развития потребности ребенка; использовать физические наказания как способ дисциплинирования ребенка; на некоторое время снижать качество ухода за ним и пр.»[7]. Такие родители согласно Регламенту должны быть взяты на психолого-педагогическое и социальное сопровождение.
 
В Регламенте к «среднему уровню риска» отнесена такая ситуация: «Ребенок 4-х лет с насморком, больным горлом и температурой 39,5 градуса, которому не оказывается медицинская помощь (родители лечат его народными средствами и не настроены на взаимодействие с врачами)». По непонятной причине народные средства не считаются медицинской помощью.
 
Рискованной (с низким уровнем) названа такая ситуация: «У ребенка 4-х лет болит живот, родители встревожены состоянием ребенка, отслеживают динамику его состояния и, в случае ухудшения, будут обращаться за медицинской помощью».
 
То есть, сам факт необращения родителей за медицинской помощью по самому незначительному поводу расценивается как «рискованный».
 
Из Регламента видно, что в практику внедряются такие критерии, по которым почти любая семья считается «опасным» местом для ребенка, просто с разной степенью риска[8].
 
Примечательно, что в регламенте прямо указано на использование такого источника как «Алексеева И.А., Новосельский И.Г. Жестокое обращение с ребенком. Причины. Последствия. Помощь. – М.: Национальный фонд защиты детей от жестокого обращения, 2013»[9]. В данной книге, которая распространяется Фондом среди правоприменителей[10], сказано, что издание осуществляется при финансировании Агентства США по международному развитию в рамках программы «Помощь детям-сиротам в России»[11].
 
3. Пунктом 2 раздела II Стратегии предусмотрено «Повышение доступности и качества социальных услуг для семей с детьми, основанных на международных стандартах прав ребенка и Рекомендациях Комитета министров Совета Европы о правах детей и социальных услугах, дружественных к детям и семьям».
 
Обратимся к  Рекомендациям Совета Европы о социальных услугах, дружественных детям (2011) 12.
 
Указанные рекомендации до сих пор не имеют перевода на русский язык. Их содержание доступно лишь лицам, освоившим английский. Сам по себе факт имплементации в России документа, который никто не читал, весьма показателен. Неужели мы так слепо доверяем содержанию нормативной и методической «продукции», которая к нам течет из-за рубежа?
 
Между тем, положения данного документа имеют чисто ювенальный (антисемейный) характер:
- В Рекомендациях сказано, что социальные услуги для детей должны быть нацелены на полную реализацию потенциала ребенка и учитывать право ребенка на структурированное воспитание (пункт 3 части «А» раздела III «Fundamental principles»). Что такое «полная реализация» и «структурированное воспитание»?
- Согласно Рекомендациям социальные услуги должны обеспечить превентивные меры путем эффективного вмешательства для защиты ребенка от любой формы пренебрежения, насилия, эксплуатации[12] (пункт 1 части «C» раздела III «Fundamental principles»). Такой подход оправдывает вмешательство в любую семью.
- Рекомендации указывают, что специализированные социальные услуги должны обеспечивать немедленное вмешательство для исключения негативного влияния неблагоприятного опыта ребенка (часть «B» раздела IV «General elements of child-friendly social services»). Что такое «неблагоприятный опыт», который дает право третировать в семью?
- Согласно Рекомендациям дети должны быть защищены от вреда путем эффективного и быстрого вмешательства в высокорискованных ситуациях (часть «G» раздела V. «Key strategies in child-friendly social service delivery»). Иными словами, дети могут быть изъяты из семьи по подозрению социального работника до выяснения вопроса о вине родителей.
- Из указанных Рекомендаций следует, что должна быть внедрена система общеобязательного доносительства в социальные службы (часть «G» раздела V), межведомственного взаимодействия всех учреждений, работающих с детьми, а также полная конфиденциальность любых ювенальных дел, данных о получении социальных услуг детьми и т.п. (часть «E» «Interdisciplinary and multi-agency collaboration», часть «H» «Confidentiality and privacy rights» раздела V).
 
Тайный характер ювенальных дел особенно опасен, поскольку лишает общество возможности узнавать о неоправданных вторжениях в семьи и помогать пострадавшим. В итоге на Западе граждане, которые лично не столкнулись с ювенальным вмешательством либо профессионально не касаются данной системы, очень слабо представляют себе происходящее, поскольку СМИ заняты обелением и восхвалением социальных служб.
 
Неадекватное и неопределенное содержание приведенных Рекомендаций поражает, также как и факт их внедрения без перевода на государственный язык России. Последнее обстоятельство, полагаем, само по себе должно быть основанием для отказа от применения Рекомендаций.
 
4. В пунктах 2, 5 раздела II Стратегии говорится о внедрении такого принципа профилактики семейного неблагополучия (или жестокого обращения с детьми) как «ранее вмешательство».
 
Указанный принцип впоследствии появился в ряде нормативных актов.
 
В Плане первоочередных мероприятий по реализации важнейших положений Национальной стратегии (утв. Распоряжением Правительства РФ от 15 октября 2012 г. № 1916-р), который предусматривает великое множество ювенальных мер по воплощению Стратегии в жизнь, зафиксировано, в частности, «внедрение новых технологий и методов раннего выявления семейного неблагополучия …» (пункт 11 раздела I).
 
В Приказе Министерства труда и соцзащиты РФ от 18 ноября 2013 г. № 680н «Об утверждении профессионального стандарта «Специалист органа опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних» сказано: «Работа специалиста должна быть направлена на раннее выявление детского и семейного неблагополучия» (пункт 3.2.1. раздела III).
 
Согласно Приказу Минобрнауки РФ от 24 февраля 2015 г. № 121 «Об утверждении примерной дополнительной профессиональной программы повышения квалификации для работников органов опеки и попечительства» планируется обучение сотрудников опеки «технологиям раннего выявления детского и семейного неблагополучия» (подпункт 3.1.6 пункта 10).
 
Технологии «раннего выявления» также внедряются через методические материалы ювенальных НКО, направляемые правоприменителям для исполнения министерствами и ведомствами. На уровне федерального закона такого понятия нет.
 
Например, в Письме Министерства образования и науки РФ от 15 марта 2016 г. N 07-1015 сказано: «Департамент направляет для использования в работе методическое пособие "Актуальные вопросы внедрения технологии "Раннее выявление случаев нарушения прав детей" и "Организация работы междисциплинарной команды специалистов со случаем нарушения прав ребенка". Данное методическое пособие подготовлено Фондом профилактики социального сиротства и Фондом "Дорога к дому". …Данное методическое пособие размещено на сайте Фонда профилактики социального сиротства http://fondpcc.ru/component/content/article/190.html и на сайте Минобрнауки России www.usynovite.ru в разделе "Обмен опытом"…». 
По данному методическому пособию, которое хитрым образом стало законом в РФ «Ранее выявление – это выявление несовершеннолетних с признаками возможности жестокого обращения с ними в учреждениях, где специалисты каждый день работают с детьми: детсады, школы, поликлиники, детские центры. Сотрудники этих учреждений могут заметить изменения  в состоянии, внешнем виде, поведении ребенка»[13].
 
Неопределенность формулировок поражает. Конечно, «признаком возможности жестокого обращения» является любой синяк у ребенка. Отсюда и появление безумной практики отобрания детей у родителей за синяк[14].
 
Согласно документу Фонда профилактики социального сиротства в рамках раннего выявления необходимо «сигнализировать о первых и поэтому единичных случаях нарушения прав детей»[15].
 
Также отмечается, что «первые признаки кризиса семьи могут увидеть воспитатели детсадов…»; «они выявляют не столько признаки жестокого обращения, сколько признаки истощения ресурсов семьи в борьбе с трудной жизненной ситуацией»; «родители на этом этапе уже не могут самостоятельно делать то, что всегда было важно: качественно осуществлять уход за детьми, своевременно обращаться к врачу и выполнять его предписания…»[16]. Полная неадекватность подобных утверждений, пожалуй, не требует комментариев.
 
В регионах постепенно появляются акты, которые также нацеливают на «раннее вмешательство в семью».
 
Например, в Краснодарском крае принято Постановление краевой комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав при администрации Краснодарского края от 24 октября 2014 г. № 3/9 «Об утверждении порядка работы по раннему выявлению детского и семейного неблагополучия на территории Краснодарского края».
 
Согласно постановлению в систему раннего выявления включены учреждения образования, здравоохранения, женские консультации, учреждения соцзащиты, товарищества собственников жилья (ТСЖ), управляющие компании, старшие домов, подъездов и др.
 
«Ранее выявление» осуществляется не только в учреждениях и через обращения граждан, но и в рамках рейдов, подворовых обходов, рейдовыми группами.
 
Работникам образовательных учреждений вменен в обязанность ежедневный внешний и визуальный осмотр воспитанников по мере их прибытия, а также посещение на дому вновь прибывших на постоянное место жительства детей с дальнейшей передачей информации в уполномоченные органы.
 
Председателям ТСЖ, управляющим компаниям, старшим по подъезду вменено в обязанность сообщение в отдел профилактики семейного неблагополучия информации о задолженности по оплате за техобслуживание и жилищно-коммунальные услуги в течение более 2 месяцев – как основания, создающего «неблагоприятные условия для воспитания детей».
 
В Московской области принято Постановление Губернатора от 17 апреля 2015 г. № 139-ПГ «Об утверждении Порядка осуществления деятельности по раннему выявлению случаев нарушения прав и законных интересов детей и оказанию помощи семьям в вопросах защиты прав и законных интересов детей», согласно которому «раннее выявление – это получение информации о признаках нарушения прав и интересов ребенка, в случаях, когда угрозы жизни и здоровью ребенка нет».
 
Суть «раннего выявления» выразил руководитель Департамента соцзащиты Тюменской области на семинаре 15-16 июня 2015 г.: «Теперь сотрудники соцзащиты «будут заниматься совершенно благополучными семьями. Для профилактического наблюдения за каждой из них будет приставлен социальный работник, который начнёт  вовремя выявлять признаки начинающегося неблагополучия в отношении ребёнка». Среди прочего на «раннее выявление неблагополучия» направлен сбор информации о семье, который добровольно-принудительно происходит через образовательные учреждения (социальные паспорта детей, анкеты, диагностика детей группы риска и т.п.).
 
Вышеописанные действия грубо противоречат Конституции РФ, в частности, статье 23 («Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну») и статье 24 («Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются»).
 
«Ранее вмешательство» - также одна из целей введения сети «детских телефонов доверия» (далее – ДТД), на которые детей призывают звонить при наличии любых вопросов[17].
 
ДТД[18] является ювенальным инструментом: звонок ребенка может запустить межведомственный механизм вмешательства в семью.
 
Но, во-первых, базовыми принципами семейного права являются «недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечение беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав» (ст. 1 Семейного кодекса РФ; далее - СК). ДТД нарушает множество норм законодательства, закрепляющих право родителей на воспитание, запрещающих воздействие на ребенка в обход родителей (часть 2 статьи 38 Конституции РФ, пункт 3 статьи 1, пункт 2 статьи 31, пункт 1 статьи 63, пункты 2, 4 статьи 65 СК РФ, часть 3 статьи 42 ФЗ РФ от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ РФ «Об образовании в РФ»).
 
Во-вторых, ДТД – это провокационный инструмент, который подрывает детско-родительские отношения. Детей призывают доносить о случаях родительских наказаний, отказа в исполнения просьб. Например, в рекламе, которая идет по федеральным каналам, ребенка приглашают обратиться на детский телефон доверия, если мама «не покупает щенка». Не менее аморальной является реклама «Смешарики», которая распространялась по школам страны и т.п.[19] Реклама ДТД дискредитирует родителей. Тем самым нарушается часть 2 статьи 5 ФЗ РФ от 29 декабря 2010 г. № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», согласно которой запрещена к распространению информация, формирующая неуважение к родителям и (или) другим членам семьи.
 
5. В пунктах 2, 3, 5 раздела II Стратегии говорится о введении межведомственного взаимодействия по защите прав детей.
 
В результате внедрения такого правила все системы, работающие с детьми (образование, здравоохранение, социальные службы и др.), включаются в согласованную работу против семьи на основании принципа «раннего выявления неблагополучия».
 
По всей стране регионы принимают регламенты межведомственного взаимодействия, которые позволяют поставить на контроль и оказывать страшный прессинг в отношении любой семьи, поскольку указанные регламенты предусматривают такие «основания» для межведомственной «работы со случаем», которые имеются в любой семье.
 
По регламенту, принятому, например, в Санкт-Петербурге («Порядок межведомственного взаимодействия органов и учреждений системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних …», утв. Распоряжением Комитета по вопросам законности от 18.01.2016 г. № 2-р), семья признается социально опасной и ей навязывается индивидуальная профилактическая работа при наличии следующих признаков:
- «отказ от медицинского обследования» ребенка или «лечения при наличии медицинских показаний». Вне зависимости от заболевания и ситуации.
- «предъявление чрезмерных требований, не соответствующих возрасту или возможностям» ребенка. Где нормальные требования превращаются в чрезмерные?  
- «проживание несовершеннолетнего в семье в ситуации конфликта членов семьи, с наличием стрессовых факторов: безработица, тунеядство, финансовые проблемы, невыносимая нравственная атмосфера, тяжелая болезнь члена семьи, неблагоприятные события в жизни семьи». Поскольку конфликты и «неблагоприятные события» случаются в подавляющем числе семей, социально-опасными могут быть признаны любые благополучные семьи.
- «негативное влияние на несовершеннолетнего культурных или религиозных факторов».  В чем выражается «негативное» влияние?
- «отрицательное влияние сверстников, взрослых». Какое это имеет отношение к семье?[20].
 
Мы уже вдоволь хлебнули «межведомственной» организации помощи. Приведем несколько типичных случаев.
 
(1) Ростовская область. Дома находились два брата, мать - на работе (в 60 км). Один ребенок плохо себя чувствовал, второй вызвал скорую. Вместо скорой приехали сотрудники органов опеки, поскольку якобы в семье «опасная ситуация», если скорую помощь ребенку вызывает не родитель. (2) Санкт-Петербург. Мать вызвала врача ребенку на дом. Затем продолжила лечение у платного врача. Несмотря на это, к ней приходят из поликлиники врачи, оценивают в квартире жилищные условия для целей сообщения в опеку о проблемах. (3) Ребенок облился дома кипятком, родители позвонили в скорую; им по телефону предложили не оформлять вызов, сообщив, что «иначе у Вас заберут ребенка», посоветовали, как провести лечение самостоятельно. (4) Санкт-Петербург. Мама наказала ребенка за плохое поведение ремнем (не причинив никакого вреда здоровью). Об этом стало известно учителю. Ребенка изъяли органы опеки и отправили в приют. Матери не давали несколько недель возможности увидеть ребенка.
 
Количество подобных случаев постоянно растет. Государственная система перестает работать на помощь семьям.
 
6. В пункте 6 раздела II Стратегии запланировано: «Обеспечение беспрепятственного доступа семей с детьми к необходимым социальным услугам, в том числе на основе развития служб социального сопровождения семей, входящих в группу риска, участковых социальных служб».
 
Реализацией данного плана стало, в частности, принятие ФЗ РФ от 28.12.2013 г. № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан к РФ» (далее – Закон № 442-ФЗ), в который лукавым образом включены  нормы о патронате семьи.
 
Изначально эти нормы продвигались через законопроект № 42197-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам осуществления социального патроната и деятельности органов опеки и попечительства». Но этот проект был отбит широчайшим общественным сопротивлением (140 тыс. живых подписей против законопроекта было сдано в приемную Президента)[21].
 
Лоббисты ювенальных технологий добились включения опасных норм в Закон № 442-ФЗ, переименовав «патронат» в «сопровождение». В статье 22 закона «Содействие в предоставлении медицинской, психологической, педагогической, юридической, социальной помощи, не относящейся к социальным услугам (социальное сопровождение)» сказано:
«1. При необходимости гражданам, в том числе родителям, опекунам, попечителям, иным законным представителям несовершеннолетних детей, оказывается содействие в предоставлении медицинской, психологической, педагогической, юридической, социальной помощи, не относящейся к социальным услугам (социальное сопровождение).
2. Социальное сопровождение осуществляется путем привлечения организаций, предоставляющих такую помощь, на основе межведомственного взаимодействия в соответствии со статьей 28 настоящего Федерального закона. Мероприятия по социальному сопровождению отражаются в индивидуальной программе».
 
При этом согласно ст. 14 Закона № 442-ФЗ «основанием для рассмотрения вопроса о предоставлении социального обслуживания является … заявление гражданина или его законного представителя о предоставлении социального обслуживания либо обращение в его интересах иных граждан, обращение государственных органов, органов местного самоуправления, общественных объединений непосредственно в уполномоченный орган субъекта РФ либо переданные заявление или обращение в рамках межведомственного взаимодействия». Поэтому любой сигнал третьих лиц может запустить механизм выяснения вопроса о «нуждаемости гражданина в социальной помощи», даже если сам гражданин этого не желает.
 
В соответствии со статьей 15 Закона № 442-ФЗ «гражданин признается нуждающимся в социальном обслуживании» в таких случаях как: «наличие ребенка, испытывающего трудности в социальной адаптации», «наличие внутрисемейного конфликта», «наличие насилия в семье». Все приведенные понятия растяжимы, а значит, могут привести к вмешательству социальных работников в любую семью.
 
Эти нормы работают обычно так, что отказ от сопровождения приводит к репрессивным мерам по отношению к семье, вплоть до изъятия ребенка (как в деле об отобрании мальчика за ношение розовой одежды и за отказ мамы от социально-психологического сопровождения, которое имело место в Москве[22]). Все «как на Западе».[23]
 
Во исполнение Закона № 442-ФЗ принят ряд подзаконных актов (например, Приказ Минобрнауки от 27 февраля 2015 г. № 131 «Об организации в Минобрнауки и Федеральном агентстве по делам молодежи работы по реализации Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы», которым запланировано «Внедрение модельной программы социального сопровождения семей с детьми в субъектах РФ» с декабря 2015 г.).
 
7. В пункте 5 раздела II Стратегии запланирована «Разработка мер по реализации Рекомендаций Комитета министров Совета Европы о политике в поддержку позитивного родительства».
 
Рекомендации Комитета министров Совета Европы (далее - КМ СЕ) № 19 (2006) о политике в поддержку позитивного воспитания детей родителями нацелены на лишение родителей права на воспитание. Согласно данному документу:
- родители – это не мать и отец, а «лица, обладающие родительскими правами и ответственностью» (пункт 1). Это - размывание понятия «родители».
- «родители и дети – это партнеры, которые совместно вырабатывают касающиеся их меры» (пункт 2). Так навязывается схема равенства ребенка и родителя и уничтожается естественная семейная иерархия, в которой родители имеют роль воспитывающих, а дети - воспитуемых.
- прямой запрет на телесные наказания детей (преамбула, пункт 3); а по сути – полный запрет на родительские наказания, подразумеваемый под недопустимостью «любых видов насилия» (пункт 3). Так уничтожается право на воспитание.
- «позитивное воспитание детей» возможно только на основании «четко определенной концепции» (очевидно, спущенной «экспертами» сверху), которую «должны соблюдать все» (пункт 2). Это - отмена права родителей выбирать методы воспитания.
- Правительства должны «регулировать участие в программах для родителей, воспитывающих детей» (пункт 3).
- Правительства должны разработать «конкретные программы для того, чтобы регулировать жизненные ситуации, регулировать конфликты и контролировать гнев» (пункт 6.2). То есть, власть собирается «регулировать» домашние ситуации…
- «позитивное воспитание – поведение родителей, основанное на высших интересах ребенка …, что включает соблюдение рамок, в которых ребенок может в полной мере развиваться». Оценка соблюдения высших интересов ребенка и его «полного развития» будет определяться с учетом вышеприведенных положений, переворачивающих с ног на голову естественную систему семейных взаимоотношений. 
 
В большой части приведенные Рекомендации КМ СЕ уже внедрены в России.
 
Наиболее резонансным было принятие закона об изменении статьи 116 Уголовного кодекса РФ с целью запрета телесных наказаний детей в семье, который удалось отменить лишь благодаря общегосударственному родительскому протесту.
 
Однако помимо Уголовного кодекса на практике работает множество ювенальных методических материалов (см. выше), которые приводят в итоге к переформатированию сознания правоприменителей, к извращенному толкованию законов и к росту уголовных дел против хороших родителей, допускающих дисциплинирующие телесные наказания детей (не причиняющие вреда здоровью)[24]..
 
Следует учесть, что «позитивное родительство» в переводе на русский обычно преподносится как «ответственное родительство» (см. ниже).
 
8.   В пункте 5 раздела II Стратегии указано о принятии программ, предусматривающих «приоритет ответственного родительства».
 
Внедрением в обществе неадекватных установок «ответственного родительства» занимается Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации.
 
В исследовании, проведенном по заказу этого Фонда, «Родителями становятся? Ответственное родительство» (2015)[25] сообщается: «Целесообразно разработать систему показателей, позволяющую диагностировать ситуацию в семье, состояние детско-родительских отношений. Как полагают эксперты, подобная диагностика может и должна включать в себя а) уровень материальной обеспеченности семьи, ее экономический и потребительский статус, б) степень напряжения в отношениях между родителями и детьми и в) частоту использования родителями физических наказаний»[26].
 
Таким образом, главным признаком «ответственного родительства», по Фонду, является материальная составляющая.
 
Какой процент родителей окажется безответственным также можно понять из данного «исследования». В нем приведены угрожающие цифры доли безответственных родителей, предложенные неизвестными общественности экспертами: «Наверное, можно назвать процентов 30–40 безответственными смело…» (Санкт-Петербург); «Мне кажется, 50 на 50. Я не склонна как-то особо драматизировать ситуацию…» (Ростов-на-Дону)». «Я думаю, что процентов 30 ближе к ответственным родителям. Но 70% – безответственные» (Иваново)».
 
Что касается законодательной сферы, Закон «Об ответственном родительстве» в пилотном порядке принят в Якутии. Этот закон следует оценить как антиконституционный.
 
В законе сказано: «Ответственное родительство – … создание условий, в которых ребенок может в полной мере развиваться» (статья 2 закона). Обращает на себя внимание копирование неопределенного положения о «полной мере развития» ребенка с Рекомендаций КМ СЕ № 19 (2006) о политике в поддержку позитивного воспитания детей.
 
Якутский закон фиксирует широчайший и неопределенный круг обязанностей родителей, многие их которых относятся к сфере внутрисемейных неправовых отношений, представляют собой вопросы морального выбора родителей.
 
Так, пункт 5 статьи 6 Закона Якутии «Об ответственном родительстве» гласит: «Родители обязаны создать условия для жизни ребенка и воспитывать его в духе этнопедагогики, семейных традиций, уважения к традициям и обычаям предков, родному языку и культуре; учить бережному отношению к государственной, муниципальной и частной собственности, прививать уважение к правам, свободе и достоинству других людей, гуманное отношение к природе и всему живому, терпимости; научить его управлять своими поступками и критически их оценивать; формировать законопослушное поведение».
Что такое этнопедагогика? Каждый ли родитель имеет представление об этом, чтобы его обязывать юридически к воспитанию «в духе этнопедагогики»? Ведь неисполнение юридической обязанности влечет применение санкций. А если родитель планирует воспитывать ребенка в духе «иной педагогики», нарушает ли он закон? Исходя из текста закона – да.
Что значит «родитель обязан научить ребенка управлять поступками»? Если ребенок позволяет себе хамские действия по отношению к учителям, значит, родитель «не исполнил свою обязанность по наущению ребенка управлению поступками»? Исходя из текста закона – да.
Что включает в себя обязанность «научить ребенка критически оценивать свои поступки»? Если ребенок не признает свою вину в конфликте с учителем, значит ли это, что родитель не исполнил свою обязанность? Вновь – да.  
Подобные вопросы можно множить бесконечно. В принципе внедрение в закон конструкции «ответственного» родительства противоречит Конституции РФ и Семейному кодексу РФ.
 
Даже если признать допустимым включение в законодательство неопределенного понятия «родительство» (такого слова нет в русском языке), некорректным является введение в законодательное поле понятия «ответственное» родительство.
 
Понятие «родителя» по российскому законодательству тесно связано лишь с одним фактом – фактом происхождения детей от родителей (статья 47 Семейного кодекса РФ). По статье 17 ФЗ РФ от 15 ноября 1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» «отец и мать, состоящие в браке между собой, записываются родителями …».
 
Федеральный законодатель не делит родителей на «ответственных» и «безответственных». Вместе с тем, включение в закон конструкции «ответственное родительство» означает, что лица, которые ведут себя с отклонением от широкого спектра обязанностей, предусмотренных Законом Якутии, признаются «безответственными» родителями. Такой подход приведет к клеймению родителей терминами унижающего характера («безответственный»), что (1) предполагает дискриминационное отношение к родителям, которые иначе смотрят на воспитание, чем якутский законодатель, (2) является способом унижения человека, и, соответственно, нарушением части 1 статьи. 21 Конституции РФ «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления».
 
Законы должны регулировать правоотношения через установление мер «ответственности» за конкретные правонарушения субъектов права, а не через фиксацию сущностных характеристик субъектов.
 
К сожалению, аналогичный нормативный акт разрабатывается теперь в Бурятии, и согласно сообщениям, готовится внесение подобного законопроекта на федеральном уровне[27].
 
9. В соответствии с пунктом 5 раздела II Стратегии запланированы акции, пропагандирующие «нетерпимость ко всем формам насилия и телесного наказания детей».
 
Для этого «Фонд поддержки детей…» проводил конкурсы, победителями в которых стали плакаты «Мама, я тебя боюсь», «Папа, я тебя боюсь»[28], психологически настраивающие детей против родителей.
 
Истинные цели борьбы «Фонда поддержки детей…» с «насилием» очевидны из книги «Родителями становятся?..»[29]:
- «Мужчины готовы наказывать за грубость, невоздержанность ребенка по отношению к самому родителю, чаще, чем женщины. Можно предположить, что реакция мужчин формируется под влиянием остаточных влияний патриархального комплекса: мужчина – глава семьи, дети не имеют права быть с ним неуважительным».
 
Итак, наши российские традиции по уважению отца – это «комплекс» неполноценности.
- Трехпоколенные семьи нужно рассматривать «как проблемные, с точки зрения наследования семейной культуры. В семьях этого типа наблюдается прямая трансмиссия семейных ценностей напрямую от поколения «бабушек» поколениям внуков и, вследствие этого, консервация многих из практик, которые осуждаются современным обществом».
 
Итак, семьи с бабушками и дедушками «опасны» из-за сохранения традиций.
- «Немаловажную роль играет культура, в которой лояльность в отношении физических воздействий, приемлемость и нормированность подобных воспитательных методов соседствует с иерархизированностью детско-родительских отношений. Подобный культурный комплекс делает допустимым в отношении детей ряд действий и поступков, неприемлемых по отношению к взрослым».
 
Вот цель - отменить всякую иерархию в семье, а также семейные традиции России карательными методами.
 
10. Согласно пункту 3 раздела II Стратегии предусмотрено «Содействие реализации в субъектах Российской Федерации глобальной инициативы Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ) «Города, доброжелательные к детям»».
 
Методические материалы ЮНИСЕФ являются антисемейными, построены на исключительном приоритете детей («Интересы ребенка – превыше всего»[30]). Более того, дети противопоставляются государственной власти. Так, ЮНИСЕФ сообщает: «Дети не имеют право голоса и не принимают какого-либо значительного участия в традиционном политическом процессе. Если не будут приняты специальные меры, то вряд ли дети смогут противостоять тому огромному влиянию, которое принимаемые правительством решения имеют на их жизнь»[31].
 
Почему дети «должны противостоять решениям государственной власти»? Смысл ювенальных технологий заключается не только в подрыве традиционного института семьи, но и в подрыве основ традиционного государственного устройства путем формирования поколения, готового к участию в «цветных революциях». Вовлечение детей в несвойственную им взрослую квазиактивность отрывает их от нормального, соответствующего возрасту развития и обучения и создает ложную уверенность во всезнании и правоте, чем провоцирует неуважение к старшим и уничтожает возможность полноценного воспитательного процесса.
 
11. Множество ювенальных планов заложено в разделе III Стратегии «Доступность качественного обучения и воспитания, культурное развитие и информационная безопасность детей». Среди мер, направленных на обеспечение доступности образования названо внедрение «службы ранней помощи» (пункты 1, 3 раздела III).
 
Понятие «служб ранней помощи» не раскрыто в Стратегии. Однако после принятия Правительством РФ 31 августа 2016 г. Концепции развития ранней помощи в РФ на период до 2020 года (распоряжение №1839-р) стало ясно, о чем речь – вновь о вмешательстве в семью. Причем, с момента рождения ребенка - с целью выявления детей, имеющих риск отклонений в развитии, и назначения семьям социального (педагогического, психологического) сопровождения «экспертов». Изначально Концепция продвигалась под видом защиты прав инвалидов[32]. Но в итоговом виде нормативный акт нацелен на повсеместный активный поиск любых неблагополучных семей с назначением им индивидуальной программы «помощи»[33].
 
В целевую группу оказания ранней помощи включены любые социально-опасные семьи, определение которых страдает такой размытостью, что под нее можно подвести любую семью.
 
Концепция предусматривает целую систему «услуг» по вмешательству в семью. В частности, это «обследование (оценка) развития ребенка и среды (семьи) для последующего составления индивидуальной программы ранней помощи и сопровождения ребенка и семьи» (пункт 4 Приложения).
 
Иными словами, эксперты придут домой и соберут доказательства против семьи. В описании услуги это называется «выявление потребностей, ресурсов и приоритетов семьи, негативных факторов, влияющих на развитие ребенка».
 
Этот пункт Концепции в стадии Проекта содержал упоминание о согласии родителей на составление плана обследования ребенка «ведущим специалистом с междисциплинарной командой». Однако в финальной версии Концепции согласие родителей исключено. Таким образом, в Концепции предпринята попытка ограничить право родителей на воспитание и  передать соответствующие полномочия третьим лицам.
 
Впрочем, уже сейчас на практике отсутствие согласия родителей на те или иные действия уполномоченных лиц в отношении семьи нередко заканчивается угрозами. Аналогична зарубежная практика[34].
 
Примечательно, что Концепция предлагает утвердить нормативным актом «Перечень состояний и нарушений, при которых ребенок всегда включается в программу ранней помощи» (Примечание к пункту 4 Приложения). Это положение направлено на «правовое» обоснование вмешательства по отношению к ребенку в обход родителей.
 
Не менее интересна такая услуга, установленная в Концепции, как «социальная передышка» (пункт 22 Приложения). Введение той услуги было предусмотрено в пункте 4 раздела V Стратегии.
 
Суть услуги заключается в «обеспечении временного краткосрочного пребывания ребенка вне дома с сопровождением или по уходу за ребенком в домашних условиях в целях поддержания позитивных отношений между родителями и ребенком, профилактики нежелательного обращения с ребенком и снижения вероятности помещения ребенка в стационарную организацию».
 
Зная, что именно ювенальные структуры считают нежелательным обращением с ребенком (по сути любые относительно строгие воспитательные меры), можно заподозрить, что услугу по «пребыванию ребенка вне дома» будут навязывать часто.
 
Чем грозит отказ родителей от услуг ранней помощи? Квалификацией таких действий как «неисполнения родительских обязанностей». Ведь если «специалисты» считают, что ребенку необходимы те или иные услуги для его пользы, значит, родители, уклоняясь от услуг, действуют во вред ребенку. Данное обстоятельство юридически является основанием для наложения на родителей штрафа по статье 5.35 Кодекса РФ об административных правонарушениях и для постановки вопроса о лишении родительских прав (ст. 69 Семейного кодекса РФ) [35].
 
12. Пункты 1, 3 раздела III Стратегии предусматривает введение системы «повышения педагогической компетентности» родителей.
В чем это выразилось? Принята Федеральная целевая программа развития образования на 2016 - 2020 годы (утв. постановлением Правительства РФ от 23 мая 2015г. № 497), которая предусматривает реализацию плана: «формирование компетенций родителей в развитии и воспитании детей» и ювенальный проект – «Родительский университет» (Мероприятие 2.7, раздел III), а также лоббируется Концепция системы профессиональной помощи родителям в воспитании детей. Проект Концепции разработан Высшей школой экономики. Процесс «обсуждения» проекта был начат в сентябре 2016 г. и вызвал бурю возмущения общественности.

 
Документ нивелирует ценность кровных родителей («Под родителями мы понимаем и лиц, их заменяющих» (см. Введение)), и нацелен на замену естественной роли родителя профессиональной функцией.
 
Концепция переводит роль родителя в плоскость бизнеса: «Молодые родители оказываются перед необходимостью самостоятельно выстраивать свои родительские стратегии» (п. 2.1. проекта). Ничтоже сумняшеся авторы Концепции сообщают, что современные родители «не имеют достаточных знаний и опыта для осуществления выбора» «траектории развития детей» (п. 2.1.). Со ссылкой на это обстоятельство доказывается актуальность внедрения общегосударственной системы профессионального обучения родителей. Такая система поможет «осознанию» родителями «потенциала и рисков выбираемой стратегии воспитания».
 
Эффект от участия родителей в программах авторы концепции видят в обучении родителя «само-менеджменту», «способности принимать независимые решения» (п. 3.2.). Подобными неадекватными утверждениями переполнена Концепция[36].
 
Для реализации Концепции запланировано создание сети Родительских университетов Первые уже появились[37].
 
Формирование в обществе установки о приоритете «профессиональных родителей», обладающих компетенциями, полученными в результате специального образования, перед «обычными (кровными) родителями», - это одна из базовых идеологических целей ювенальной юстиции, которая позволяет «легализовать» в обществе отобрание детей у «некомпетентных» кровных родителей для передачи в «более подготовленные замещающие семьи».
 
13. Пункт 3 раздела III Стратегии предусматривает «обеспечение предоставления детям качественной психологической помощи в образовательных учреждениях».
 
Указанное положение продвигалось через законопроект № 553338-6 «О психологической помощи населению в Российской Федерации», который был внесен в Госдуму 24 июня 2014 года. Этот проект предусматривал возможность оказания психологической помощи детям в обход согласия родителей. Чем может закончиться работа школьного психолога с ребенком, известно из практики  – передачей субъективно и неадекватно истолкованной психологом информации о ребенке в органы опеки для принятия мер по отношению к семье. (Например, по одному из дел психолог сделала вывод о сексуальном насилии в семье на основании рисунка ребенка, на котором был изображен кот с чрезмерно большим хвостом)[38]. Кроме того, взаимодействие психолога с ребенком может оказать сильнейшее воздействие на психику и поведение ребенка. Поэтому именно родители должны решать, нужна ли их детям помощь, и если да – какого именно специалиста. Требование действующего закона о согласии родителей на психологическое консультирование детей вполне оправданно. Поэтому вышеуказанный законопроект вызвал бурю народного возмущения[39] и был возвращен инициатору[40]. Однако попытки получить легализованный доступ к ребенку в обход родителей продолжаются. Так, в ноябре 2016 г. «глава Минобрнауки РФ О. Васильева заявила, что в законодательство необходимо внести поправки, чтобы школьные психологи могли не получать разрешения родителей для того, чтобы оказать ребенку помощь»[41].
 
14. Пунктом 3 раздела III Стратегии предусмотрено «создание системы психологического сопровождения развития ребенка в условиях семьи и образовательного учреждения».
 
Из формулировки очевидны попытки вторжения в семью третьих лиц под видом помощи. Осуществление этих целей планируется через службы ранней помощи, через социальное сопровождение. На создание такой системы под видом «профилактики безнадзорности» будет работать в случае принятия также система «Контингент обучающихся», в которую органы власти желают включить информацию о родителях и семье, с доступом к базе учреждений, работающих в сфере семьи.
 
Опаснейший законопроект № 1048557-6 «О внесении изменений в статьи 15 и 16 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» и Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» (о создании государственной системы «Единая федеральная межведомственная система учета контингента обучающихся по основным и дополнительным образовательным программам»)» (законопроект о «Контингенте обучающихся») был отклонен Президентом, но его лоббирование продолжается[42].
 
15. Раздел V Стратегии «Равные возможности для детей, нуждающихся в особой заботе государства» предусматривает «реформирование сети и деятельности учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».
 
Данная реформа нацелена на создание ювенального рынка замещающих семей.
 
Разделом 5 Стратегии запланировано «улучшение качества подготовки потенциальных замещающих родителей» (пункт 3), и «увеличение числа субъектов РФ, свободных от институциональных форм воспитания детей-сирот (детских домов и школ-интернатов)» (пункт 5).
 
Существующий перекос в сторону государственной поддержки «замещающих семей» провоцирует переток детей из кровных малоимущих семей в более обеспеченные государством приемные (патронатные).
 
Так, по законодательству Москвы[43] принятие трех детей в приемную семью дает приемным родителям более 90 тысяч рублей только в качестве вознаграждения за «работу родителями». Плюс - суммы на «содержание» каждого ребенка, на оплату жилья, жилищно-коммунальных услуг, транспорта, летнего отдыха и т.п. При этом кровные родители не получают от государства почти ничего. Такие условия естественным образом порождают очередь на изъятие детей из кровных семей.
 
Кроме того, коммерциализация при семейном устройстве детей в корне противоречит российским духовным традициям. В связи с «профессионализацией» и денежным интересом «замещающей семьи» исключается построение полноценных семейных отношений. В наших традициях базой института семьи являются чувства любви и самопожертвования. Подмена базы семьи с духовной на материально-профессиональную, исключая единственно верную основу детско-родительских отношений, закономерно порождает психологические проблемы для детей и разрушает традиционный институт семьи. Не случайно в США высока смертность и побеги из фостерных «семей»: 400-500 детей погибает в ежегодно, от 1500 до 4500 детей в год (за последние 10 лет) сбегает из таких «семей». 
 
Кроме того, известны иные серьезные проблемы с замещающими «семьями»:
- Замещающие «родители» проходят обучение, в рамках которого им внедряются неадекватные стандарты («диалогового», «партнерского» и т.п.) воспитания. Есть информация об обучении на семинарах опасным для ребенка методам установления контакта с «замещающими родителями» (напр., «Attachment Therapy», «терапия привязанности»[44]).
- Допустимая частая смена «замещающих родителей» (по Европе известны примеры с ежемесячной заменой) сильно травмирует ребенка. В этом смысле психологически лучше пребывание в приюте, в стабильном месте.
- Помещение ребенка в «замещающую семью» приводит обычно к прекращению общения ребенка с родными, несмотря на иное правило по закону.
- Контроль за тысячами «замещающих семей» сильно осложнен. В этом смысле нахождение детей в детском учреждении дает больше возможности для проверки соблюдения их прав, защиты их от реального насилия.
 
Вместе с тем, в России институт замещающих семей давно лоббируется и финансируется многочисленными прозападными НКО[45], и теперь поддерживается на уровне Правительства (см. Письмо Министерства образования и науки РФ от 1 сентября 2014 г. N  ВК-1850/07 «О реструктуризации и реформировании организаций для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и совершенствованию сети служб сопровождения замещающих семей»)[46].
 
Кроме того, продвигаются законопроекты, нацеленные на дальнейшее развитие института замещающих семей.
 
В частности, в Государственной Думе находится законопроект № 649934-6 «О внесении изменений в Семейный кодекс РФ и Трудовой кодекс РФ в части передачи детей на социальное воспитание (http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=649934-6&02).
 
Проектом вводится понятие «социального воспитания» как новой формы устройства ребенка, оставшегося без попечения родителей (через изменение п. 1 ст. 123 СК РФ и др.).
 
По законопроекту предполагается дополнение СК РФ новой главой 20.1 о социальном воспитании. Суть проекта заключается в создании института «фостерных» семей, которые на возмездных основаниях по трудовому договору принимают на воспитание чужих детей и выполняют свою «трудовую функцию» по воспитанию в соответствии со специальной «программой» (ст. 351.4. Трудового кодекса).
 
Согласно предлагаемой ст. 148.4 СК РФ социальные воспитатели в любой момент могут отказаться от принятых детей.
 
Такой подход приведет к расширению в обществе ложного отношения к «родителю» как к «профессии». Создание армии «замещающих семей» приведет к росту спроса на изъятие детей.
 
16. Раздел VI Стратегии «Создание системы защиты и обеспечения прав и интересов детей и дружественного к ребенку правосудия» предполагает «планомерное выполнение Конвенции о правах ребенка и заключительных замечаний Комитета ООН по правам ребенка» (пункты 1, 3).
 
Конвенция о правах ребенка 1989 г. предоставляет ребенку фактически такие же права как взрослому, не ограничивая детей правом родителей на воспитание. Например, согласно пункту 1 статьи 13 Конвенции «Ребенок имеет право свободно выражать свое мнение; это право включает свободу искать, получать и передавать информацию и идеи любого рода, независимо от границ, в устной, письменной или печатной форме … по выбору ребенка». И это право существует с рождения. И мама с папой не могут ничего запретить, ибо нигде в Конвенции не сказано, что родители имеют право ограничивать ребенка в осуществлении его прав. Подтверждение данной логики уже имеет место в правоприменительной практике.
 
Согласно статье 16 Конвенции «Ни один ребенок не может быть объектом вмешательства в осуществление его права на личную жизнь, семейную жизнь, неприкосновенность жилища или тайну корреспонденции…». Получается, и родители не могут вмешиваться в «дела ребенка».
 
Фактически Конвенцией установлен запрет на воспитание. Главный международный документ о детях построен на ложной установке о «равенстве» взрослого и ребенка.
 
Еще менее адекватны положения Заключительных замечаний Комитета ООН по правам ребенка. Стоит заметить, что согласно информации Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, внедрение ДТД в России обусловлено именно исполнением Заключительных замечаний Комитета ООН по правам ребенка для РФ 2014 г. Между тем, в этих Замечаниях рекомендация о расширении психологического консультирования детей размещена в том же пункте, что рекомендация «покончить с принудительным лечением транссексуалов и гомосексуалистов, в частности детей …, а также предоставить детям из числа ЛГБТИ беспрепятственный доступ к необходимой информации по вопросам сексуального здоровья» (см. пункт 56).
 
17. Пункт 2 раздела VI Стратегии предусматривает «введение в действие существующих международных стандартов обеспечения и защиты прав и интересов детей».
 
17.1. Запланировано: «Обеспечение выполнения Минимальных стандартных правил ООН, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила 1985 года), Руководящих принципов ООН для предупреждения преступности среди несовершеннолетних (Эр-Риядские руководящие принципы 1990 года), рекомендаций Комитета министров Совета Европы о европейских правилах для несовершеннолетних правонарушителей, подвергаемых наказанию и мерам воздействия» (раздел VI, пункт 4 Стратегии).
 
Все указанные правила нацелены на формирование ювенальной юстиции  («восстановительного», «дружественного ребенку» правосудия, «медиации» и т.п.), а по сути - на отказ от соразмерных наказаний и их замену душеспасительными разговорами с несовершеннолетним преступником. Эр-Риядскими правилами даже рекомендован отказ от называния несовершеннолетнего правонарушителя «правонарушителем» (подпункт «f», пункт 5, раздел I), то есть, от называния вещей своими именами. Предлагается максимальный отказ от лишения преступников свободы (пункты 10,12 . «Рекомендаций Комитета министров Совета Европы о европейских правилах для несовершеннолетних правонарушителей…»), а при лишении свободы внедрение программ по укреплению «самоуважения» преступника (пункт 50.1. Рекомендаций СЕ), комфортные условия проживания с отдельной комнатой для каждого (пункт 63.2), уборка комнат (пункт 65.1), исключительно оплачиваемый труд (пункты 82.2, 82.3), общение с внешним миром без ограничений (пункт 83) с обеспечением средств для этого государством, с предоставлением отпусков (пункт 86.1) и тому подобные неадекватные наказанию меры. 
 
Подобный подход подрывает возможность исправления несовершеннолетних правонарушителей, которые нуждаются в четком понимании факта правонарушения, своей вины и адекватного наказания в целях исправления. При этом вышеприведенные ультралиберальные нормы предлагается распространять на любых молодых людей до 21 года (пункты 17, 21.2 «Рекомендаций Комитета министров Совета Европы о европейских правилах для несовершеннолетних правонарушителей…»).
 
Кроме того, указанные документы создают базу для вмешательства в любые семьи. В частности, в Эр-Риядских принципах сказано: «Когда в семье нет стабильности и благополучия, когда усилия общества по оказанию родителям помощи в этой связи не имеют успеха и когда нельзя рассчитывать, что эту роль выполнит расширенная семья, необходимо рассматривать возможность использования альтернативных мест проживания, в том числе передачу детей на воспитание в учреждения или в другие семьи для усыновления» (пункт 14). Понятие «стабильности и благополучия» семьи неопределенно и трактуется субъективным усмотрением социального работника. В пункте 16 Эр-Риядских правил заложена база «позитивного (профессионального) родительства», которое подменяет естественную функцию родителя по воспитанию профессиональными «компетенциями». В пунктах 21, 46, 53, 54 заложено воспитание детей в духе противостояния «психологическому давлению» старших, запрет телесных наказаний и других «строгих» воспитательных мер. Пункт 24 предполагает «профилактическое» вмешательство в семьи «групп риска». Пункт 25 предусматривает борьбу с «злоупотреблением наркотиками», т.е. предполагает возможность умеренного их употребления. В частности, отмечено: «Студенты должны иметь доступ к информации о применении и злоупотреблении наркотиками». Согласно пункту 35 «Такие услуги [для молодежи] должны включать программы специального лечения молодых наркоманов, в которых основное внимание должно уделяться уходу, консультированию и терапевтической помощи», то есть, по факту будут направлены на поддержку наркотической зависимости.
 
17.2. Стратегией предусмотрена «Ратификация Европейской конвенции об осуществлении прав детей, подписанной Российской Федерацией в 2001 году, … о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и насилием в семье» (пункт 3 раздела VI Стратегии).
 
Европейская конвенция об осуществлении прав детей направлена на создание упрощенных механизмов подачи жалоб детьми против родителей, чем подрывает нормальные внутрисемейные отношения.
 
Конвенция о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и насилием в семье направлена на слом традиционных ролей мужчины и женщины в обществе (на борьбу с традициями как «стереотипами»), на внедрение охранных ордеров, запрещающих общение членов семьи в случае выявления фактов «насилия» (произвольно толкуемых), в том числе третьими лицами и т.п. Во исполнение указанной Конвенции в Государственной Думе РФ многократно лоббировался законопроект о профилактике семейно-бытового насилия, который до сих пор не принят благодаря мощному общественному сопротивлению[47]. Тем не менее частично цели указанной Конвенции реализуются, например, через принятие Стратегии действий в отношении женщин на период с 2017 по 2022 гг. (утв. распоряжением Правительства  от 8 марта 2017 г. № 410-р), которую резко негативно оценивает общественность, поскольку Стратегия нацелена на уничтожение традиционной общественной оценки материнства как главной функции женщины в обществе. Среди прочего, Стратегия дает основу для дальнейшего лоббирования законопроекта о профилактике семейного насилия под видом «совершенствования законодательства в сфере профилактики семейно-бытового насилия».
 
17.3. Согласно пункту 3 раздела VI Стратегии запланировано внедрение рекомендаций Совета Европы по правосудию в отношении детей.
 
Рекомендации Комитета Министров Совета Европы по правосудию, дружественному к ребенку (2010), предусматривают следующее:
- пропаганду прав детей среди детей (подпункт 1 пункта «А» раздела III, раздел IV),
- наделение детей полноценным статусом участника процесса: «к детям необходимо относиться и учитывать их мнение, в качестве полноправных членов процессов» (подпункт 2 пункта «А» раздела III); «право на доступ к правосудию и на обжалование, право на юридическую помощь, право доступа к судам и право на апелляцию должны предоставляться детям, так же, как и взрослым» (подпункт 2 пункта «Д» раздела III).
- создание простых способов подачи жалобы детьми: «Дети должны иметь право на доступ к соответствующим независимым и эффективным механизмам подачи жалоб»  (подпункт 3 пункта «Д» раздела III).
 
Тем самым детей в первую очередь нацеливают жаловаться на родителей.
 
Примечательно к чему международные документы призывают детей: оспаривать любое «оскорбительное негуманное отношение». Согласно Замечанию общего порядка № 12 (2009) к Конвенции ООН о правах ребенка «большое число случаев насилия в отношении детей остается неоспоренным по двум причинам. Во-первых, потому что некоторые формы оскорбительного негуманного поведения воспринимаются детьми как норма, а во-вторых, из-за отсутствия дружественной детям системы передачи сообщений» (пункт 120). Создание удобных механизмов подачи жалоб на родителей уже происходит и в РФ. Например, в Татарстане открылся центр детских уполномоченных по правам ребенка (для облегчения процедуры).
- полная закрытость информации о делах, в т.ч. несудебных, касающихся детей. Под видом защиты частной жизни (подпункт 6 пункта «А» раздела IV), что крайне опасно с точки зрения борьбы общества против ювенальной юстиции.
- Рекомендации проводят пропаганду темы «ЛГБТ-детей»: «Обеспечение процессуальных прав детей должно осуществляться «без дискриминации на любой почве, в том числе … на почве … сексуальной ориентации, гендерной идентичности» (подпункт 1 пункта «Г» раздела III).
 
18. Согласно пункту 2 раздела VI Стратегии запланировано «Создание эффективной системы …. правосудия и системы исполнения наказаний, дружественных к ребенку».
 
Для внедрения «дружественного ребенку правосудия» на основании вышеприведенных «достижений» международного уровня в РФ предпринято много шагов.
 
18.1. В первую очередь речь об опасном законопроекте № 103372-7 «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации»,  который внесен Правительством в Думу.
 
Как отмечено в пояснительной записке, проект федерального закона разработан Правительством Российской Федерации во исполнение пункта 58 Плана первоочередных мероприятий до 2014 года по реализации Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012 - 2017 годы (утвержден Распоряжением Правительства Российской Федерации от 15.10.2012 года № 1916-р).
 
Согласно существующему законопроекту, создаются условия для подмены родителей как законных представителей детей детскими адвокатами и иными представителями в судах.
 
А. Отстранение родителей от гражданских процессов с участием детей.
 
Согласно законопроекту статью 52 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК) предлагается дополнить нормами следующего содержания:
 
«4. По определению суда законный представитель недееспособного или не обладающего полной дееспособностью гражданина может быть отстранен от участия в деле по ходатайству лиц, участвующих в деле, если он злоупотребляет предоставленными ему полномочиями, в том числе создает препятствия для реализации прав и законных интересов представляемого, реализует собственные права и законные интересы в ущерб интересам представляемого, либо его действия иным образом наносят ущерб интересам представляемого. …
 
5. В случае невозможности замены законного представителя интересы недееспособного или не обладающего полной дееспособностью гражданина представляет адвокат, назначаемый судом …».
 
Такие формулировки как: «злоупотребление полномочиями», «ущерб интересам представляемого» имеют крайне неопределенный характер. Их введение приведет к широкому исключению из процессов родителей.
 
Б. Лишение родителей права на воспитание через наделение детей «взрослыми правами».
 
Согласно проекту «Несовершеннолетний… должен быть в доступной для него форме проинформирован о … своих процессуальных правах, включая право … на обращение с ходатайством о назначении адвоката или иного представителя, право на осуществление правомочий стороны в процессе» (часть 2 статьи 165).
 
Исходя из данной статьи, в гражданских процессах с участием детей любого возраста суд будет предлагать ребенку адвоката (иного представителя), а также сообщит ему о возможности самостоятельно (без родителей) участвовать в процессе.
 
На каком основании законопроект отстраняет родителя от решения существенных для своего ребенка вопросов? В данной норме нет никаких оговорок о «противоречии действий законного представителя интересам детей».
 
В. Новая редакция статьи 165 ГПК представляет собой внедрение в ГПК норм Конвенции, не ратифицированной Россией.
 
Согласно пояснительной записке законопроект нацелен на реализацию Европейской конвенции об осуществлении прав детей от 25 января 1996 г., «ратификация которой предусмотрена в числе первоочередных мер Национальной стратегией действий в интересах детей на 2012 - 2017 годы». Ратификация может быть и предусмотрена, но еще не проведена и вызывает серьезные протесты просемейных организаций России. Кроме того, следует отметить, что:
(а) даже указанная нератифицированная Россией Конвенция согласно статье 1 распространяется на судопроизводство только по семейным делам (параграф 1). Вместе с тем, авторы законопроекта создают условия для замены родителей третьим лицами в любых гражданских процессах.
(б) согласно ст. 3 указанной нератифицированной Россией Конвенции «право получать необходимую информацию и выражать свое мнение» предоставляется только ребенку, который имеет «достаточный уровень понимания». Однако даже такой оговорки не позволили себе авторы законопроекта.
 
Г.  Обязательное участие в процессах с участием детей психологов и педагогов.
 
По законопроекту абсолютно любое процессуальное действие совершается с участием психолога или педагога, привлекаемого судом (часть 2 статьи 179).
 
Решение о введении в каждое процессуальное действие педагога / психолога означает полное недоверие родителям как законным представителям ребенка в судебном процессе, и само по себе представляет собой презумпцию наличия противоречия между интересами родителей и детей.
 
Несмотря на то, что в законопроекте не фигурирует слово «ювенальный», законопроектом внедряется большая часть механизмов, которые работают в ювенальных судах Запада и полностью себя дискредитировали.
 
18.2. Утверждено Постановление Президиума Совета судей Российской Федерации от 01.12.2014 N 427 «О формировании дружественного к ребенку правосудия в системе правосудия Российской Федерации» http://www.ssrf.ru/page/15712/detail/ и создана рабочая группа при Верховном суде РФ по вопросам дружественного к ребенку правосудия в системе правосудия Российской Федерации в 2014 г[48].
 
18.3. В РФ принята «Концепция развития до 2017 года сети служб медиации в целях реализации восстановительного правосудия в отношении детей ...», утв. Распоряжением Правительства РФ от 30 июля 2014 г. № 1430-р.
 
Медиация широко внедряется в регионах[49]. В школах страны создаются службы медиации[50] для решения конфликтов, в том числе между детьми и родителями[51]. Через медиацию происходит переформатирование сознания детей в образовательной системе.
 
Принципы медиации имеют абсолютно ювенальный характер.
 
Главный принцип медиации – равноправие. Каждый из участников имеет равное право высказываться, принимать участие в разработке, обсуждении и принятии конечного решения. Медиатор уделяет каждому равное количество времени и внимания.
 
Но если «ребенок равен родителю», то автоматически уничтожается родительский авторитет.
 
Другой важный принцип медиации – нейтральность медиатора. Медиатор (посредник) не решает, кто прав, кто виноват, он не советует и не принимает решений за стороны, а стимулирует их самих к поиску взаимовыгодного выхода из ситуации.
 
В итоге  родители ставятся на одну доску с детьми и должны изображать с ними равную роль в разрешении проблемы.
 
Следует отметить, что на Западе внедрение восстановительного правосудия привело к резкому росту подростковой преступности, поскольку отказ от соразмерного наказания за правонарушения лишь убеждает подростков в отсутствии негативных последствий их преступной деятельности и развязывает им руки.
 
В Англии, Германии с середины 80-х до середины 90-х детская насильственная преступность выросла в 2 раза. Во Франции количество осужденных несовершеннолетних в возрасте до 17 лет на 100 тыс. человек за период с 2003 г. по 2013 г. выросло в полтора раза. В Швеции по состоянию на 2013 г. процент детей-преступников по отношению к общему количеству детей – 0, 45%, а в России - 0, 24%,  то есть в два раза меньше, чем в Швеции.
 
При этом по статистике Росстата за период с 2000 г. по 2014 г. в России детская преступность упала почти в 4 раза (если в 2000 г. при участии несовершеннолетних было совершено 195,4 тыс.  преступлений, то в 2014 г. – 59, 5 тыс.). В связи с этим нет никаких оснований для принципиальной смены подхода к наказанию несовершеннолетних.
 
19. Согласно пункту 2 раздела VI Стратегии запланировано «Создание эффективной системы профилактики правонарушений, совершаемых в отношении детей, и правонарушений самих детей».
 
23 июня 2016 г. подписан ФЗ РФ № 182-ФЗ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» (далее – Закон о профилактике).
 
Указанный Закон не выдерживает никакой критики с точки зрения юридической техники и способен нанести сокрушительный удар по семье.
 
Закон предусматривает профилактическую работу с лицами, которые допускают «антиобщественное поведение».
 
При этом «антиобщественное поведение» определено как «не влекущие за собой административную или уголовную ответственность действия физического лица, нарушающие общепринятые нормы поведения и морали, права и законные интересы других лиц» (пункт 6 статьи 2).
 
С учетом того, что понятие «общепринятых норм поведения» имеет расплывчатый характер, и определять их будет правоприменитель, оценивая поведения граждан во внесудебном порядке, несложно представить, во что «профилактика антиобщественного поведения» может выродиться на практике.
 
Закон предусматривает десять форм профилактического воздействия, половина из которых может быть использована в работе не только госорганами, но и некоммерческими организациями (ч. 3 ст. 13, ч. 1 ст. 17 Закона)[52].
 
20. Согласно разделу VII Стратегии необходимо обеспечить «участие ребенка в принятии всех касающихся его решений с учетом степени его зрелости, возрастных и психологических возможностей; предоставление детям большей свободы действий».
 
По стране создаются детские школьные парламенты, детские советы при омбудсменах[53] и т.п.
 
Как видно, происходит внедрение в общество мысли о «некомпетентности» родителей (для обоснования вмешательства в семью)[54], и о «компетентности детей» (в целях разрушение детско-родительских связей, лишения родительского влияния на детей, для обеспечения влияния на детей третьих лиц). Общественная опасность такого подхода очевидна любому здравомыслящему человеку.
 
Под лозунгом реализации «принципа участия детей» происходит вовлечение детей в занятия, не соответствующие их возрасту. Однако нет никаких оснований для того, чтобы втягивать несовершеннолетних в несвойственную им взрослую деятельность, которая отвлекает от нормального развития, внушает им опасную уверенность в их якобы равной взрослым зрелости.
 
Политика постановки детей на общественный пьедестал - повторение дороги Запада, которая привела Европу к страшным результатам, описанным в большом числе источников. В их числе - книга шведского психиатра с 20-летним стажем Дэвида Эберхарда «Дети у власти. Чудовищные плоды либерального воспитания» (2013). Он пишет о том, что в Швеции теперь дети решают все вопросы в семье, дети не уважают старших, растут дерзкими паршивцами, сдают своих родителей в дома престарелых, ведут себя неадекватно и общество не может оказывать на них никакого воздействия. Автор заканчивает книгу словами: «Лучший родитель – этот тот, который не имеет детей». Не лучший итог для подражания.
 
21. В силу ограничения целей статьи изучением ювенального аспекта Стратегии, лишь кратко отметим, что по тексту Стратегии имеется немало иных крайне вредоносных норм, не только ювенальных.
 
21.1. В разделе III Стратегии, касающемся обучения детей, заявлено о дальнейшем расширении «вариативности форм» образования. Эта самая «вариативность» прикрывает разрушение качественной системы образования и уничтожение единого образовательного пространства в России[55].
 
21.2. В разделе III Стратегии заявлено о воспитании детей в духе «толерантности», под которой детям навязывается установка о необходимости некритичного принятия любых иных взглядов, мировоззрения, поведения и т.п. Термин «толерантность» введен в 1953 г. в иммунологии для обозначения состояния организма, при котором он не способен синтезировать антитела в ответ на введение антигена. Полная толерантность — это смерть. Толерантность в социальном смысле - отказ от реакции на очевидное зло.
 
Именно под соусом «толерантности» на Западе легализованы все формы извращений, в том числе «браки» между лицами нетрадиционной ориентации. Внедрение программ «толерантности» в российских школах снимает барьер, защищающий детей от аморальности, подрывает духовно-нравственные основы российской государственности[56].
 
21.3. Что касается раздела IV Стратегии о «Здравоохранении, дружественном детям», то ключевой задачей оказалось «развитие подростковой медицины, клиник, дружественных детям» (пункт 2). Согласно пункту 3 раздела IV Стратегии планируется «проведение просветительской работы по предупреждению ранней беременности и абортов у несовершеннолетних».
 
В клиниках, «дружественных детям», которые выросли по всей стране, делают аборты девочкам без уведомления родителей и занимаются «секспросветом» для детей. Однако «Половое образование» для детей является на самом деле их растлением, ведет к ранней сексуализации, к блокированию развития духовной сферы, к снятию интимного стыда, отсутствие которого является формой шизофрении. При этом, такое «просвещение» не уменьшает количество абортов среди несовершеннолетних, напротив стимулируя детей к ранним и беспорядочным половым связям.
 
Примечательно, что ключевой момент для формирования здоровой личности ребенка – задача по развитию духовно-нравственного начала, в Стратегии не затронут. А такая мера как «обеспечение безопасности в Интернете» (пункты 1,7 раздела III Стратегии) воплотилась в Концепцию информационной безопасности (утв. Постановлением Правительства от 2 декабря 2015 г. № 2471-р), одной из задач которой обозначено «формирование здоровых представлений о сексуальной жизни человека», т.е. того самого растлевающего «секспросвета».
 
21.4. Согласно Стратегии «Необходимо принимать меры, направленные на формирование открытого рынка социальных услуг» (пункт 2 раздела I).
 
Передача социальных функций в сфере семьи и детства от государства некоммерческим организациям, которая происходит сейчас с нарастающей активностью, имеет высочайшие риски. НКО на самом деле делают бизнес на перетоке детей из одних условий в другие, а также на «обслуживании» семей, которое навязывается добровольно-принудительно под угрозой разлучения с детьми. Не случайны слова Стратегии о том, что формируется именно «рынок социальных услуг».
 
В итоге по всей России обучением и контролем в сфере семьи и детства занимаются либо западные, либо прозападные НКО.
 
Яркий пример активной зарубежной деятельности в РФ - Национальный фонд защиты детей от жестокого обращения. Фонд провел обучение не менее 17 тыс. специалистов по РФ, 400 НКО получили содействие, разрабатывал нормативные акты и т.п.
 
При этом указанный фонд изначально создан для того, чтобы проводить в РФ политику USAID - Американского агентства по международному развитию (АМР). АМР (USAID) получает из бюджета США финансирование на защиту национальных интересов США в других странах[57].
 
В докладе АМР (USAID) «О помощи российским сиротам» говорится также о тесном сотрудничестве Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, и НКО «Национальный фонд защиты детей от жестокого обращения» (В мае 2009 г. НКО «Национальный фонд…» и «Фонд поддержки…» подписали соглашение о сотрудничестве[58].
 
Подобных НКО, которые занимаются «услугами семьям», в РФ огромное количество.
 
22. В заключение отметим, что Планы Стратегии по «распространению на территории РФ положительного опыта европейских стран», во многом уже реализованные, являются крайне опасными.
 
После тщательного изучения законодательства и правоприменительной зарубежной практики, мы уверены, что западный опыт в сфере защиты детей следует квалифицировать не как «положительный», а как геноцид семьи.
 
Так, в докладе сенатора Штата Джоржия США Н. Шеффер  «Коррупционный бизнес службы защиты детей», 2007[59] сообщается: для детей эта система – гестапо, их забирают из домов ночью, из школ, с транспорта, с улицы; возвращению ребенка в кровную семью чинятся препятствия (от родителей требуют бесконечно проходить психологическое обучение и т.п.); система выстроена так, что социальные работники подделывают доказательства, поскольку им выгодно изымать детей, и они вне подозрений системы; педофилы находятся прямо в системе; все нарушения в детозащите покрываются ссылкой на конфиденциальность; за каждого ребенка, помещенного в замещающую семью, платится бонус, это приводит к тому, что надо изъять как можно больше детей, чтобы заработать; детям в замещающих семьях плохо, часты случаи, когда детей насиловали; реформа системы невозможна, система уничтожает семьи и детей, просто потому что она имеет на это право. Заметим, что в США по официальной статистике изымается 250 - 300 тысяч детей каждый год.
 
В «Докладе о случаях изъятия детей из семей в Швеции и соседних Скандинавских странах» (2012 г.), подготовленном 32 авторами, преимущественно профессорами права и психологии, бывшими судьями Швеции, Норвегии, Финляндии, сообщаются данные о волюнтаризме социальных служб, приводятся такие отзывы о ювенальной системе как «индустрия насилия над детьми и разрушения семей», «индустрия похищения и опеки детей»[60].
 
Генеральный инспектор по социальным делам во Франции П. Навес говорит: «Колоссальное количество детей отнято у родителей и помещено в приюты и приемные семьи. Никакого уважения к семье, никакой заботы о ней ювенальная юстиция не проявляет. Социальные работники и судьи имеют полную, безграничную власть над судьбой ребенка». Во Франции за последние 18 лет официально изъято 2,5 млн. детей.
 
Финский правозащитник Й. Бекман: «Сегодня нам нужен новый Нюрнбергский процесс, чтобы наказать создателей финского детского ГУЛАГа XXI века, наказать мафию детоторговцев за преступление против детства и человечности, за геноцид и массовый террор добропорядочных семей в Финляндии».
 
Доказательства разрушительной роли ювенальной системы в западном мире, также как  примеры неоправданного вмешательства в российские семьи по западным лейкалам (в том числе с трагическими смертельными исходами) имеются в огромном количестве, но не могут быть здесь все изложены в силу ограничений, налагаемых рамками статьи.
 
Следует понимать, что огромные прибыли организаций, «оказывающих услуги» по сопровождению семей и изъятию детей, оставляют их бездушными к реальным потребностям детей. Выливается это в разрушение института семьи в мировом масштабе. Так нужны ли России «международные стандарты прав ребенка, социальных услуг и  правосудия, дружественных детям»?
 
Полагаем, что горькие плоды внедрения действующей Стратегии «в интересах детей» в достаточной мере доказывают, что не имеется никаких разумных и моральных оснований для принятия аналогичной Стратегии на новый период. Пора осознать сделанные ошибки и сделать разворот в сторону семьи. В этом смысле актуальной является разработка Стратегии действий в интересах семьи.

ССЫЛКИ СМ В ПРИЛОЖЕННОМ ФАЙЛЕ 


 
Название файла Размер Добавлен
СТАТЬЯ_О СТРАТЕГИИ ДЕЙСТВИЙ В ИНТЕРЕСАХ ДЕТЕЙ_ШВАБАУЭР.docx 121 КB 25.08.2017

Дорогие друзья!

Наша деятельность ведется на общественных началах и энтузиазме. Мы обращаемся к Вам с просьбой оказать посильную помощь нашей экспертной и правозащитной деятельности по защите традиционной семьи и детей России от западных технологий и адаптированных с помощью лоббистов законов. С Вашей помощью мы сможем сделать еще больше полезных дел в защите традиционной Российской семьи!

Для оказания помощи можно перечислить деньги
на карту СБЕРБАНКА 4276 5500 3421 4679
получатель Баранец Ольга Николаевна
или воспользуйтесь формой для приема взносов: